Столяр-станочник Антон Сафонов с августа 2020 года пережил одну операцию, два увольнения с одного и тоже же предприятия и три судебных разбирательства по восстановлению на работу — в районном и областном суде. Каждый раз суд становился на сторону работодателя. Антон не унывает: ищет работу, восстанавливает здоровье и собирается отстаивать свои права и дальше.
Историю Антона Hrodna.life рассказывал в конце 2020 года. 34-летний столяр-станочник проработал на предприятии «Гродножилстрой» почти 17 лет. 15 сентября 2020 года гродненца уволили после двух выговоров, связанными с забастовкой на предприятии. 24 сентября меру взыскания сменили на лишение премии на год и предложили вернуться. Антон хотел отменить выговоры полностью и обратился в суд Октябрьского района, который 6 ноября решил: восстанавливать работника не нужно, выговор предприятия был законным. В связи с разъяснениями суда при внесении решения 6 ноября Антон приступил к работе.
15 февраля сотрудника «Гродножилстрой» Антона Сафонова уволили после длительных больничных: руководство решило, что он прогуливал работу в сентябре. В те дни он как раз готовился оспаривать предыдущие выговоры в суде.
Антон обжаловал решение суда Октябрьского района в Гродненском областном суде в конце 2020 года. Судебная коллегия, по словам Сафонова, досконально допросила и его, и представителя «Гродножилстрой», но оставила решение Октябрьского суда без изменения.
Третий суд после второго увольнения
После второго увольнения он снова пошел в суд Октябрьского района. После двух предварительных заседаний судья Дмитрий Шанин за день рассмотрел дело и вынес решение. Судья отказал Сафонову в иске. Мол, во время первого судебного разбирательства в ноябре он узнал от представителя «Гродножилстрой», что является сотрудником предприятия. А значит, преднамеренно не ходил на работу — то есть, прогулял.
Продолжил отстаивать права
Антон планирует обжаловать и решение областного суда — на это у него есть год, и решение по второму увольнению суда Октябрьского района. Он заметил, что перестает верить в белорусские суды — особенно после того, как на себе прочувствовал их работу. Но продолжит отстаивать свои права.
— Хочется найти в этой системе человека, который думает про то, что будет дальше: как будут жить дети этих судей, прокуроров. Возможно, они попадут в такую же ситуацию, где они не смогут доказать, что правы, и их просто накажут. Или они думают, что наши дети никогда с этим не столкнуться? — считает Антон.
На что жить без работы
Антон дал себе время на поиски работы до конца мая. Сейчас он живет на сбережения. Раньше неравнодушные люди помогали ему продуктами. У Антона есть семилетний сын. Когда люди помогали продуктами, половину он оставлял себе, половину «заказывал» на ребенка. В ближайших планах — обсудить ситуацию с бывшей женой, найти работу и помогать сыну. Пока он старается помочь если не деньгами и продуктами, то общением. Часто приезжает, вместе с сыном делает домашние задания.
За время судебных разбирательств Антон почти отучился на права категории «Е» — в конце мая будут экзамены. Но уход в дальнобойщики Антон рассматривает как крайний вариант. Он отмечает, что это неплохие деньги, но Сафонов хотел бы находится дома в семье.
«Если ничего не поменяется с бизнесом в Беларуси и людям не дадут возможности продавать свой труд за нормальные деньги, то, наверное, так и продолжится — мужчины будут работать где-то там и помогать женщинам только тем, что привозить сюда деньги, чтоб они воспитывали наших детей», — считает Антон.
О поисках работы
Антон не видит для себя перспективы в работе на государство. В его планах — найти «частника», который оценит его труд. Предложения на рынке труда есть, но они его не до конца устраивают. «Обещают 1500 рублей, а потом говорят: - не сделали план, не было работы, не нашли заказов», — рассказал Антон Hrodna.life.
— Я ездил к одному из частников. Он говорит: я тебе дам 1000 зарплату, но при этом ты еще по рабочим вопросам по городу будешь ездить на своем авто за свой бензин. Я
ему говорю: а какая у вас специфика роста или мотивации работников? Если сделаю двойную норму объема, что мне заплатят сверху? Он говорит: «Ну, рублей 200 заплачу».
Зарплата в госсфере его тоже не устраивала. По словам Антона, если повышались оклады, урезалась премия. Если зарплата по трудовым часам выходила высокой, сотрудников просили не выходить на работу в субботу, и коэффициент понижался. Работая в этой системе, он не видел лучшего варианта и договаривался с собой. Но сейчас не готов на такое.
— Я доносил: я люблю работу с деревом, я изначально со школы шел в «дерево», потому что мне это нравилось — уже в тот момент я определился. Поэтому я готов посвящать этому время, но я хочу, чтоб мое время тоже ценили и чтоб я приносил пользу себе и своему работодателю, — говорит Антон.
«Грыжи очень частые и в цеху, и на стройке»
Антон продолжает восстанавливаться после операции межпозвоночной грыжи. Дважды в неделю он ходит в спортзал, где укрепляет мышцы спины, один раз — в бассейн. Пока он пытается максимально обезопасить себя от поднятия тяжестей, но с его работой исключить их не получится. Похожие проблемы со здоровьем у многих бывших коллег Антона, но они продолжают работать.
— Грыжи очень частые и в цеху, и на стройке. Очень много операций, тяжелую шестиметровую доску надо одному положить и снять. До 2010 года работали по двое. Позже подняли нормы — работники не успевают. Одного ставят на станок, второго — на другую работу, — рассказал Антон. По опыту мастеров «Гродножилстрой», которые ездили смотреть частное производство, у «частников» другие условия труда — станки на программном обеспечении, на одном станке работает больше людей, перемещение груза вручную запрещено.
Сначала начальство не отпускало, а потом уволило
Антон относится к переменам в своей жизни с позитивом.
— Я считаю, что это какой-то пинок в жизнь, дабы ты почувствовал и попробовал что-то другое. За такое количество лет, особенно когда работаешь на одном месте, есть желание немного что-то поменять.
Такое чувство у него было лет 10 назад. Антон приходил на работу и «как робот делал одно и то же постоянно». Ему хотелось хотя перейти в другой цех и поменять специфику. По словам Антона, на тот момент у него не получилось уйти — начальство считало, что хороший специалист нужен им самим. Даже перейти из цеха на стройку год назад получилось «с боем». А сейчас начальство и после судов не хочет вернуть ценного сотрудника.
— Пиковые моменты наступают, когда хочется что-то поменять. И сейчас я считаю, что это такой период, который дает тебе шанс. Ты хотел попробовать что-то новое — другую специальность, обучится чему-то. Ищу позитивные моменты в этом. Чего грустить.
Читайте также:
